Десятилетиями шли дебаты и проводились исследования об образовательной ценности комиксов. Подсчитано, что за время с 1935 по 1944 гг. комиксы вызвали более 100 критических статей в образовательных и непрофессиональных периодических изданиях. В начале 40-х начали проводиться первые исследования по поводу использования комиксов в образовании – анализировался словарный запас, содержание комиксов и их даже включили в систему образования.

Педагоги в конечном счете выстраивались в линию по обеим сторонам дебатов. Многие видели комикс как силу, которая будет использоваться для образования. Были представлены возможности использования комикса для многих дисциплин. Другие видели комикс как камень преткновения к грамотности. Полагалось, что комикс препятствовал пониманию чтения, воображению, и вызывал зрительное напряжение. Школьные библиотекари были особенно неистовыми в своем неодобрении комиксов, сурово критикуя его как врага другого чтения.

В конце 1940-ых люди, настроенные против комикса, нашли отдушину в лице д-ра Ф. Вертхама, психиатра, который изучал преступность несовершеннолетних. Через ряд лекций и статей, Вертхам предупредил Америку об опасности комиксов для детей, и потребовал правительственного регулирования для комиксов. В 1954 его деятельность достигла пика после печати книги, на 400 страницах обвиняющих комиксы в продвижении насилия, расовых предрассудков, гомосексуализма, непослушности, и неграмотности. Проводимое им исследование дало возможность сказать: комиксы плохи для детей. На этом слова об образовательной ценности комикса исчезли.

Только в 1970-ых, учителя стали возвращать комиксы в их классные комнаты. Они были сочтены полезными в изучении языка – особенно в диалогах и изучении особенностей диалекта. Комиксы рекомендовались для приучения детей к чтению – в роли врага теперь стало выступать телевидение.

Многие из сегодняшних учителей используют комикс, чтобы развивать способности, уничтожения которых боялись педагоги в 1940-х: чтение и воображение.